Шакал - Виктор Улин - 2 Читать онлайн любовный роман

В женской библиотеке Мир Женщины кроме возможности читать онлайн также можно скачать любовный роман - Шакал - Виктор Улин бесплатно.

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шакал - Виктор Улин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шакал - Виктор Улин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Улин Виктор

Шакал

Читать онлайн


Предыдущая страница Следующая страница

2

Лифт быстро спускался с четвертого этажа.

Кабина была большой, к тому же многократно увеличенной зеркалами, которые сияли на трех стенах и на потолке. Турки не догадались сделать зеркальным только пол. Скорее всего, из экономии, а не по соображениям приличий.

Верников ехал не один. В глубине, приняв самую раскованную из всех возможных поз, стояла девушка.

Точнее, девчонка. Лет четырнадцати, от силы пятнадцати. Он видел ее несколько раз в ресторане. Его поражал непотребный стиль ее поведения, проявлявшийся в каждом движении, жесте, даже в коротких шортиках, спущенных на бедра так низко, что открывалась половина наголо выбритого лона, и лишь край пояса прикрывал угадываемую складку срамных губ.

Она смотрела снизу вверх – томно и влажно, приоткрыв накрашенные губы.

– Ты штаны свои не потеряешь? – не удержался Верников. – А то турки тебя арестуют.

– Не бойтесь, дяденька, – мелодичным голоском потаскушки ответила девица и взялась за блестящую пуговицу, которая и так была готова отлететь. – Даже если и потеряю – мама все равно не узнает…

И тут же опустила глаза. Но не от смущения – просто уставилась в определенную точку. Не обладая комплексами и привыкнув вести себя, как ему удобно, Верников шел на пляж в одних плавках. Довольно модных, купленных Аленой в прошлом году и скроенных так, что мужское достоинство выпирало королевским размером.

Такая откусит, проглотит и денег не возьмет – молодежь, мать ее… – думал Верников, выходя из лифта вперед маленькой развратницы.

И усмехнулся сам себе.

В этом обнаженном раю чем, как не позывом к совокуплению, заняты головы всех способных к природному акту?

А ругать молодежь было принято еще в Древней Греции; как образованный человек он это знал. Но, вероятно, ни в одном социуме не существовало такой пропасти между поколением родителей, воспитанным в стране без секса, и их детьми, начавшими жизнь по свободным биологическим законам.

Вопрос состоял лишь в том: кто окажется счастливее в зрелом возрасте?

Он, доктор Верников, познавший первую женщину в двадцать четыре года?

Или эта маленькая ходячая промежность, которая уже наверняка поменяла десяток мокрогубых сверстников, но еще только начала свой разбег…

Погруженный в ненужные на отдыхе философские мысли, Верников шел мимо стеклянной стены отельных лавок.

Какой-то турок, прикоснувшись к руке, вкрадчиво обратился по-русски. Не потому что принял его за русского – на русского Верников походил меньше всего – просто турки на любого постояльца набрасывались в надежде, что тот окажется россиянином. Ведь только с последнего имелась возможность легко стрясти деньги за какую-нибудь дрянь.

– Später! – не взглянув, бросил Верников универсальное немецкое слово.

За границей он намеренно выдавал себя за немца, обладая достаточным языковым минимумом: к соотечественникам Гитлера турки не приставали вообще.

Миновав торговую зону, Верников вышел из отеля, и плотный жар турецкого утра охватил его со всех сторон.

3

Территория пятизвездного отеля напоминала не Турцию, а какой-нибудь Египет. Причем не курортный оазис, а шоссе Халаиб – Суэц, тянущееся сквозь Аравийскую пустыню. Даже с сухощавого Верникова на пути до пляжа сошло семь потов.

Белые пластмассовые лежаки вытянулись под голубыми тентами. Расторопный Коля успел занять места в ближнем к морю ряду. И сейчас на брошенных пляжным турком сине-белых матрасах расположилось семейство Анохиных.

Невысокий, но кажущийся крупнее Верникова из-за огромного живота Сергей.

Ирина: статная, и почти стройная, в достаточно смелом красном бикини.

И Коля – с мобильником на шее и наушниками дискмэна в ушах.

Четвертый лежак был занят для Верникова.

– Зиг хайль, – не выходя из образа, насмешливо приветствовал он друзей.

И приложил ладонь к зеленой маскировочной шляпе, которую надевал, пока шел по солнцу с сухой головой.

Бросил на матрас сумку с пляжным полотенцем.

Снял часы, очки и сланцы, чтобы сразу идти к морю, но Ирина схватила его за руку:

– Константин, стой. Ты намазался?

– Намазался, намазался, – отмахнулся Верников; ему не терпелось пробежать полоску раскаленного песка и нырнуть в прохладную воду.

– Вижу я, как ты намазался… Хуже Коли, честное слово… Ну-ка повернись. Спину кто тебе мазать будет?

Верников послушно повернулся.

– Между прочим, Еленочка мне поручила за тобой следить.

– Вот и следи, – вздохнул он.

– И слежу, – ответила Ирина.

И, налив в ладонь своего крема, принялась натирать его там, где, на ее взгляд, не доставало защиты.

Прикосновение ее пальцев, прохладных от еще не нагревшегося крема, было приятным. Было бы даже волнующим, будь Верников сейчас настроен на женские прикосновения. Но настройка давно сбилась, и сейчас он ощущал лишь благодарность за заботу, не более того.

С Ириной, как и со всем семейством Анохиных, Верниковы дружили больше десяти лет; здоровенный оболтус Коля вырос на руках. Эта дружба возникла случайно. Женившись в третий – и надо полагать, последний – раз на Алене, Верников сумел купить квартиру в новом доме. И так получилось, что Анохины, жившие тремя этажами ниже, быстро оказались единственными людьми, пригодными для нормального общения в подъезде. Несмотря на то, что они принадлежали к разным кругам: Верниковы были медиками, Сергей Анохин – компьютерщиком, а Ирина – бухгалтером. Но они сдружились, постепенно войдя в быт друг друга. Ирина Анохина даже считала себя подругой Елены Верниковой. Хотя у последней не имелось подруг, она вообще мало доверяла женщинам. Но дружба домами оказалась приятным делом.

…Имелся, правда, один не слишком приятный для него эпизод в совместной биографии. Лет восемь назад, когда взаимная привычка не вошла в кровь слишком глубоко, и сам Верников, почти молодой, еще не устал от жизни и жаждал приключений. Произошло все летом, когда Колю отправили с бабушкой к родственникам в Москву, а сами что-то отмечали взрослой компанией. То ли Иринин день рождения, то ли какой-то очередной успех Сергея. Но точно у Анохиных, это Верников помнил однозначно. Пили, ели, и снова пили и пили. В то лето пилось необычайно хорошо. А потом, остужаясь, стояли над темной рекой, которая бежала под балконом Анохинской квартиры. Сначала все четверо, затем Сергей увел Лену смотреть новый фильм, привезенный им из Москвы: в те времена в их городе видеокассеты не имели ассортимента. Ирина и Верников остались вдвоем. Она смотрела в небо, разгорающееся над тем берегом июльскими звездами, и совершенно пьяно – как ему казалось – посмеивалась над чем-то своим. И тогда Верников, сразу сознавая, что делает не то, но будучи не в силах себя остановить, обхватил ее сзади. Двумя руками, через подмышки. И взял за грудь. Которая, не впечатляющая с виду, оказалась приятной на ощупь.

– Константин, не расслабляйся, – тихо сказала Ирина ровным и совершенно трезвым голосом.

От которого у Верникова прошло помутнение и руки опустились сами -прежде, чем женщина успела их отвести. Он тут же проклял себя за вольность. Он не знал, как смотреть в глаза Сергею, которого всерьез считал другом. Прикинулся более пьяным, нежели на самом деле, и попросил передать Алене, что ушел домой промывать желудок. В это поверили все. Включая скоро вернувшуюся жену: в ту ночь на каждого пришлось, пожалуй, по бутылке водки, и отравление Верникова казалось естественным. Потом он все-таки некоторое время избегал Сергея. А встретившись во дворе, первые секунды не мог поднять глаза. Пока не осознал простой вещи: Ирина вряд ли рассказала мужу про ночные приставания соседа; ведь из-за такой мелочи не стоило рвать семейственную дружбу – значит, Сергей ничего не знал. И Верников сделал вид, что ничего не произошло, и дружба покатилась дальше по ровным рельсам, проскользнув опасное место. И чего уж Верников, мало искушенный в женской психологии, абсолютно не ожидал – после того невинного домогательства он ощутил, как дружеское расположение Ирины к нему стало еще крепче…

…То случилось тысячу лет назад. И теперь Верникову не верилось, что он мог даже по пьяному делу посягать на груди сорокалетней женщины, которая сейчас неторопливо натирала ему спину. Впрочем, тогда Ирине было далеко не сорок. Как и ему. Но все ушло в давно прошедшее время. В Plusquamperfekt, как говорят немцы.

–…Ну вот, готов! – Ирина наконец повернула Верникова, любуясь своим трудом. – Нет, ты посмотри, Анохин!

По какой-то староинтеллигентской, вычурной и ненатуральной привычке она именовала мужа по фамилии. Имя использовала редко – и уж реже некуда, когда дружеское застолье приподнималось до определенного градуса и заблестевший мир представал в радостном свете, ласково называла «Серёжиком».

– А что смотреть? – усмехнулся Сергей. – Мужчина как мужчина. Все что надо, и даже более того.

– Да, более того. Но именно что того. У тебя, Анохин, тоже более того. Только в другом месте.

– Чем тебе мое место не нравится?

– Сказала бы я тебе… Я серьезно, Анохин. Я старше тебя на два года, Костя меня тоже на два. Выходит, ты моложе его на четыре. Тебе ведь даже сорока еще нет! Но посмотри на Костю – поджарый волк. А ты разъелся, как старый орангутанг.

– Орангутан, – машинально поправил Верников.

– Что? – не поняла Ирина.

– Оран-гутан, то есть лесной человек. «Гэ» на конце не нужно. Это безграмотно с биологической точки зрения.

– Зато верно с человеческой. Посмотри на эту разожравшуюся обезьяну!

Верников почувствовал, как медленно назревает семейный скандал – у Анохиных в последнее время они стали довольно частыми, причем всегда по инициативе Ирины, которая абсолютно его не стеснялась. И прежде, чем убежать в море, попытался загасить вспыхнувшее пламя:

– Ну, если быть точным, не разъевшуюся, а распившуюся. А пиво, между прочим, профессиональный напиток компьютерщиков. Ты рада, что Сергей – директор компании, или нет? Пиво необходимо для мозгов. Это я тебе как доктор говорю.

– Как ветеринар, если уточнить? – не преминул поддеть Анохин, бывавший иногда чересчур язвительным и в данном случае даже не уловив, что Верников пытается его защитить.

– А какая разница. Все живое устроено сходно, – ответил он, переводя разговор на безопасную тему. – И у животных тоже есть мозги. Если мы этого не понимаем, то значит, нам собственных мозгов не хватает. Да, я ветеринар, а не нейрохирург. Но ты так давно меня знаешь и до сих пор не понял простой вещи…

Он остановился, поняв, что начинает слишком агрессивно обороняться от Сергея – махнул рукой и побежал купаться.

Получить полную версию книги можно по ссылке - Здесь


загрузка...
0

Предыдущая страница Следующая страница

Ваши комментарии
к роману Шакал - Виктор Улин


Комментарии к роману "Шакал - Виктор Улин" отсутствуют


Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Партнеры